Откровения экс-директора ШГМК Ларисы Рудаковой

Взяться за перо меня заставил ряд обстоятельств. Первое, это переезд на постоянное место жительства поближе к детям в Киевскую область и, второе, «муссирование» некоторыми «доброжелателями» событий, происходящих на молкомбинате после моего ухода.
Это сейчас некоторые высказываются, а надо ли было Рудаковой поступать так, а не иначе, не понимая того, что в начале 2004 года иного выбора у меня практически не было.

Необходимость смены собственности и сохранения предприятия возникла по двум обстоятельствам. Первое, ни для кого не секрет, что в то время во всей области на руководителей предприятий оказывалось давление со стороны губернатора Владимира Щербаня и его команды по передаче акций предприятий в их собственность. После нескольких мирных предложений по продаже акций, которые мною не были приняты, на предприятие последовали бесконечные проверки контролирующих органов. Пошел административный запрет на поставку молочного сырья на наш комбинат. Защиты искать было не у кого. Второе, возрастающая конкуренция требовала вложения больших денежных средств для реконструкций и внедрения новых технологий. Таких капитальных вложений наше предприятие не имело. Исходя из этого, нам ничего не оставалось, как уйти под защиту иностранного инвестора, который имел средства на реконструкцию. Решение продажи акций американскому инвестиционному фонду было принято коллективом предприятия.

У руководителей нашего комбината, работающих на предприятии долгое время и у тех, кто внес вклад в достижение его высокой эффективности, акции были оценены выше. Это была оценка американского фонда, и мы не могли на нее повлиять.
Я не хочу сказать, что у меня в то время было 4% акций комбината. Я не жадная и не загребущая, я со всеми делилась, может быть, если бы оранжевая революция была раньше и в области произошли изменения, события на нашем заводе развивались бы по-другому.
Многие сейчас говорят, а надо было бы Рудаковой самой выкупить завод, и все было бы хорошо, но не все так просто.
Во-первых, у меня не было таких денег, чтобы выкупить акции. Цена в то время 2003-2004 гг. была 19 грн. за акции, а во-вторых, а кто бы мне позволил? Это была бы такая зависть, такая драка, такие разборки! Чтобы удержаться, надо было бы платить большие деньги! Выкупить завод командой – 20-30 чел, тоже не представлялось возможным. Каждый считал бы себя директором, а у нас было много амбициозных людей и не было единого мнения. Стоит учитывать и мой возраст, все-таки 40 лет в молочной промышленности и 27 лет первым руководителем. В то время уже сдавало здоровье от повседневных стрессов и переживаний и некоторые этим пользовались, игнорируя мои распоряжения.

Но многие специалисты, мои заместители  и просто квалифицированные работники, мастера имели для меня огромное значение. Мы прошли с ними большую школу на выживание, проработали долго и успешно.
Я горжусь тем, что вместе с командой единомышленников за многие годы мы создали лучшее в Украине молочное предприятие, лучший комбинат, сильный бренд «Шостка».
Вначале моей работы, мне не везло на руководителей и многих заместителей. На эти должности приходили люди, которые не были патриотами молочного комбината, приходили «временщики».

Затем я поняла, что надо назначать и растить свои кадры, это надежней и, почти на все руководящие должности были подобраны специалисты, которые уже прошли школу на нашем заводе и проверены на патриотизм и прочность. Конечно, подбирались профессионалы, мы их учили, направляли в ВУЗы, на семинары и курсы.
Наша молочная отрасль пищевой промышленности самая трудная и ответственная, директор отвечает за моральный климат и создание коллектива, подбор руководителей и специалистов, за обеспечение молочным сырьем и объемом продаж готовой продукции, а это очень сложно в жесткой конкурентной среде. За перспективу развития, финансовое обеспечение, экономические показатели, качества продукции, соблюдения налогового законодательства, бухгалтерии, учет и отчетность, соблюдение санитарии и гигиены на производстве, за технику безопасности и многое другое.

В 2007 году американский инвестор по своей инициативе перепродал акции нашего предприятия французской компании Бель. Согласия или не согласия на это от нас не требовалось. Практика прошедших лет, в течение которых мы были успешным, рентабельным предприятием и лидером среди сыроделов Украины и России дает мне право констатировать, что эффективность работы предприятия в последнее время упало, но это уже касается профессиональной способности нынешнего руководства и их совести. С сожалением можно сказать, то, что они в отличие от американских инвесторов, не смотря на наши разъяснения, до сих пор не поняли смысла русской пословицы: «В чужой монастырь со своим уставом не ходят».

В тоже время нам, ушедшим на пенсию работникам, молкомбината не стыдно за проработанные годы в Шостке. Все это время мы ежедневно выпускали качественную молочную продукцию. Работая день и ночь, мы гордились нашим предприятием, которое заняло достойное место не только в Украине, но и за ее пределами.
Большое спасибо моему дорогому молочному комбинату, что все эти годы и трудные, и удачные вы были со мной, спасибо, что вы были в моей жизни. Я желаю вам выдержки и, я уверена, что через три-четыре года на комбинате все будет хорошо.

Всем шосткинцам с кем работали, сотрудничали, всем партнерам, всем покупателям нашей продукции большое спасибо, что верили мне и поддерживали. Я не прощаюсь, сердце мое всегда будет с Шосткой, с молочным комбинатом, с людьми. Я буду приезжать в Шостку, здесь у нас много друзей, знакомых.

До свидания, будьте счастливы и здоровы.